Восстановив дыхание, Теций поднялся на ноги и, чувствуя дрожь в коленях, побрёл наугад. Кто-то толкнул его локтем в бок, затем ударили коленом, из окна второго этажа перед самым носом Теция на дорогу выплеснулись помои. Вскоре ноги его полностью покрылись жирной грязью.

— Эй, здоровяк, побереги голову! — послышался голос справа, и перед Тецием ухнуло на землю толстое бревно, сброшенное с крыши вместе с кусками тяжёлой черепицы.

— Ты, быть может, слепой? — остановил кто-то Теция за локоть. — Почему не смотришь перед собой? На твоём пути столько смертей, сколько раскрытых окон. Отовсюду могут вылететь горшки и кувшины. Ты только взгляни на трещины, которые они оставляют при падении на мостовой!

Теций сосредоточенно поглядел на говорившего. Это был коренастый мужчина с крепкими руками и жилистой шеей. Его глаза сверкали в темноте, как два угля.

— Я вижу, ты чем-то сильно озадачен, — проговорил незнакомец, — а в таком состоянии ты можешь сделаться лёгкой добычей ночных разбойников. Или ты не знаешь, что этот город, такой роскошный днём, ночью погружается в полнейший мрак, где правят кинжалы?

Римская империя всегда славилась своими ворами и грабителями, и разбойники, дабы чувствовать себя увереннее, сходились в огромные отряды, наводившие ужас на обычных граждан. Преступность была столь высока, что в своё время император Тиберий был вынужден выслать войска против разбойничьих отрядов в Сардинии. Но справиться с бандитами не удалось, их не пугали даже самые страшные казни. Грабежи нередко совершались прямо перед воротами города, хотя в самом Риме, конечно, разбойничали не крупные отряды, а шайки человек в пять-шесть.

— Пойдём-ка к моим друзьям и пригубим доброго вина, — предложил незнакомец. — Как тебя звать?